Костюм южной Карелии

Л.В.Трифонова

ТРАДИЦИОННЫЙ КОСТЮМ ЮЖНОЙ КАРЕЛИИ КОНЦА XIX ВЕКА

ПО МАТЕРИАЛАМ «ЭТНОГРАФИЧЕСКОЙ ЭКСКУРСИИ» М. А. КРУКОВСКОГО

В фондах Российской Национальной библиотеки в Санкт-Петербурге хранится фотоархив этнографа М. А. Круковского, датируемый 1899 годом [1]. Фотоархив представляет собой отчет поездки исследователя по Олонецкой губернии, результатом которой стала публикация в 1904 году его книги «Олонецкий край» [2]. За время экспедиции Круковский побывал на территории Петрозаводского, Олонецкого, Повенецкого и Пудожского уездов. В сфере его интересов оказались и районы проживания карел: это окрестности Олонца и Кондопоги.

Фотоархив М. Круковского носит название «Этнографическая экскурсия. Виды и типы Олонецкой губернии» [3]. Первая часть посвящена архитектуре карельских и русских деревень, вторая и третья дают представление об одежде жителей, населяющих данные деревни. На основании фотографий Круковского можно составить общее представление о крестьянском костюме Олонецкого уезда и Кондопожской волости Петрозаводского уезда конца XIX века. Особое внимание исследователь уделил фиксации праздничного девичьего наряда [4].

Костюм Кондопожской волости представлен в экскурсии 19-ю фотографиями (крестьяне д. Сопоха, Кяппесельга, Тивдия, Усть-Суна, Суна, Вороново, Косалма) [5], костюм Олонецкого уезда – 35-ю (жители д. Видлица, Большая гора, Колатсельга, Рыпушкалицы, Ильинский погост) [6].

Фотоматериалы М. Круковского свидетельствуют, что повседневный костюм южнокарельского крестьянина состоял из домотканых штанов (люд. kuaddad, лив. kuadiet [7]), заправленных в высокие до колен кожаные сапоги (люд. paid, лив. paidu). Сверху на рубаху зачастую надевали жилет [8]. Подол рубахи выпускался из-под жилета на высоту 30—40 см. Головным убором служил картуз [9], Неотъемлемой деталью костюма южнокарельского крестьянина был шарф или шейный платок (люд. kaglpaikk, лив. kaglupaikku).

Южнокарельская рубаха-косоворотка – прямая, с рукавом без манжет и ластовицами под мышкой. Рукав у плеча часто присборен и приспущен. Расцветка темная или светлая. Излюбленный узор – в прямую клетку или в горошек. Застежка на одну или две пуговицы на стойке ворота [10].

Шейные платки разнообразной орнаментации. На одной из фотографий запечатлен белый платок с узором в виде окружностей [11].

В качестве образца вязаного изделия конца XIX века можно привести фуфайку, зафиксированную на крестьянине из деревни Кяппесельга [12]. Фуфайка связана на спицах: рукава в резинку, перед декорирован узором «коса». Ворот вывязан изнаночными петлями. Край передней полочки обшит темной тесьмой.

Верхней наплечной одеждой крестьянина был кафтан из холста домашней выделки (люд., лив. kauhtan), имевший длину до колена или суконный пиджак с отложным воротником и прорезным карманом с левой стороны [13]. В верхней мужской одежде карел правая пола за редким исключением запахивалась на левую. По свидетельству Р. Ф. Тароевой «по представлению карел застежка на правой стороне была только на одежде нечистой силы – лешего» [14].

Для рыбной ловли и для работы в лесу карелы использовали балахоны (люд. balaffon, лив. balahonu), которые шили из белого грубого холста и надевали на рубаху [15]. Кафтан, балахон и сама рубаха обязательно подпоясывались.

В состав рабочей одежды ремесленника (сапожника, мастера по выделке мраморных изделий) входили передник и узкий кожаный ремешок для подвязки волос [16]. Передники надевали также рыбаки во время рыбной ловли [17].

Среди головных уборов самым распространенным был картуз. Пожилые крестьяне предпочитали носить валяные шляпы с отворотом, имевшие форму усеченного конуса (рис.) [18].

Прическа у взрослых мужчин – традиционная: волосы остриженные под горшок и расчесанные на прямой пробор [19]. Неотъемлемой принадлежностью мужской внешности являлись усы и борода.

Состав детской одежды зависел от возраста ребенка. Мальчики полутора — четырех лет портов не носили. Им одевали рубашки с разрезом по середине груди, длиной чуть ниже колена [20]. Рубашки шились из разнообразных материалов (однотонные, с рисунком). Мальчики-подростки 10-15 лет одевались как взрослые мужчины: косоворотки, порты, заправленные в сапоги, пояс [21].

Женский повседневный костюм южной Карелии составляли прямой на лямках сарафан (люд., лив. saraffana, ferezi) и рубаха (люд., лив. raccin) с пышным рукавом до локтя. По свидетельству Р. Ф. Тароевой прямой сарафан у карел, также как и у русских, получил распространение со второй половины XIX века и был связан с широким бытованием в крестьянском обиходе покупных тканей [22]. По сравнению с русским заонежским вариантом южнокарельские рубаха и сарафан обладали специфическими особенностями кроя. Рубаха, в отличие от заонежской имела более глубокий вырез ворота [23], сарафан – более широкую и низкую грудину и соответственно более широко поставленные лямки [24]. На отдельных олонецких фотографиях с изображением трудовых процессов (работа по доставке дров на барках [25], работа с ручной мельницей [26]) крестьянки одеты в рубахи с длинным узким рукавом. Одна из таких рубах – пестрядинная [27]. Судя по фотоколлекции Круковского из домотканой клетчатой и полосатой пестряди могли быть изготовлены рукава и станушки женских рубах [28], передники [29], мужские порты [30] и детские рубахи [31].

Дополнением к женскому и девичьему костюму служили передник (люд. peredniekku, лив. perenniekku) и головной убор. Молодые девушки в будни носили платки, завязанные узлом под подбородком [32] или ходили с непокрытой головой [33]. Замужние женщины убирали волосы под повойник (люд. povoiniek, лив. povoiniekki) – небольшую шапочку на мягкой ткани, имеющую круглое донце с пришитым к нему по краю околышем. К раздвоенным сзади крылышкам околыша пришивалась тесьма, фиксирующая повойник на голове. Такие головные уборы мы можем увидеть на фотографиях «Мать с сыном из д. Тивдия»[34] и «Девушки из д. Усть-Суна» [35].

На последней фотографии пышные рукава рубахи, сшитой из материала в любимую карелами мелкую полоску, выкроены по-разному: на одном полоски идут в продольном направлении, на другом – в поперечном. Это свидетельствует о том, что одежду молодые девицы шили себе сами, а качество сшитой одежды зависело исключительно от их портновского умения.

На основании анализа коллекции черно-белых фотографий М. Круковского можно сформулировать выводы о тональности в одежде молодой и пожилой женщины. Девушки и молодые женщины чаще одевались в светлые тона, пожилые – в темные. В этом отношении показательны фотографии, на которых запечатлены молодые женщины в процессе работы: крестьянки из Олонецкого уезда, мнущие лен [36], занимающиеся перевозкой дров [37], перемоткой ниток [38], переработкой зерна на ручной мельнице [39], берущие воду из колодца [40], работающие за ткацким станком [41], стирающие белье [42]. На них – светлые сарафаны и белые головные платки. В светлые тона одета девушка из кондопожской деревни Усть-Суна. И напротив, в темные тона облачена пожилая крестьянка из Ильинского погоста [43]. В темный сарафан одета старуха из д. Видлица [44]. На семейной фотографии из д. Суна женщина лет 65-ти снята в темной с набивным белым рисунком кофте, темной юбке, темном платке и переднике [45].

Девочки одевались в соответствии с возрастом: 2-х – 4-хлетние носили рубашечки до колена [46], 5–6-тилетние – рубашечки с юбкой или сарафаном [47]. Именно так одета девочка лет пяти из олонецкой деревни Видлица: на ней рубаха в горошек и домотканая юбка с завязками впереди. На плечи накинут платок [48]. Девочка лет двенадцати, занятая сучением ниток, одета как взрослая: в рубаху и сарафан [49]. На фотографии, запечатлевшей олонецких девушек, танцующих кадриль, среди зрителей мы замечаем девочек лет одиннадцати – двенадцати в сарафанах и передниках [50]. На одной из них фартук с закрытой грудкой, отделанной рюшами по краям [51]. В таком же закрытом фартуке изображена девочка трех – четырех лет на фотографии крестьянской семьи из д. Суна [52].

Праздничный девичий и женский костюм южной Карелии имел различия у кондопожских и у олонецких карел. Особый интерес представляет праздничный девичий костюм из кондопожского села Суна [53]. Он состоит из светлой рубахи пышным рукавом до локтя, с оборкой, отделанной кружевом. Воротничок кружевной в виде собранной в сборку стойки. Рукав у локтя перехвачен широкой лентой, завязанной бантом. Сарафан прямой, штофный [54], сборчатый.

Особое внимание в костюме девушки привлекает форма головного убора, встречавшаяся у славянских и прибалтийско-финских народов, но не зафиксированная более никем из исследователей на территории Олонецкой губернии. Это шитая золотом повязка с прикрепленным к ней по верху венком из искусственных цветов с позатыльем в виде широкой ленты, спускающейся почти до пояса (рис.). Исследователь народного костюма Л. Н. Молотова отмечает, что девичьи уборы в виде венца и обруча были самыми распространенными на территории всей России [55]. В северно-русских районах это были жемчужные или шитые золотом перевязки, в южнорусских губерниях – это был налобень, венок, выполнявшийся из бумажных или сделанных из ткани цветов [56]. По свидетельству, относящемуся к 1863 году, в составе наряда вологодской невесты упоминается головной убор в виде «малиновой бархатной повязки и венка из цветов» [57]. Обручи-венки были распространены как свадебные головные уборы на территории Литвы, Латвии, Эстонии [58]. Широкое позатылье, декорированное цветочным орнаментом, выполненным черным шелком, зафиксировал исследователь Маннинен на свадебном головном уборе XIX века из Эстонии [59].

В варианте сунского головного убора лента позатылья декорирована цветами и листьями, вырезанными из материи. В свете всего вышесказанного можно предположить, что на голове девушки из села Суна одет свадебный головной убор, имеющий сходство с прибалтийско-финским и с северно-русским свадебными головными уборами. Убор сочетается с жемчужной сеткой-поднизью. Подобная форма головного убора в виде повязки с широкой лентой, расшитой цветами, зафиксирована Круковским также на снимке из села Спасская Губа [60].

В Олонецком уезде праздничные костюмы девушек были несколько иными (рис.). В комплексе с сарафаном и рубахой молодые девушки носили корону и поднизь: сетку, сплетенную из белого конского волоса, унизанную мелким речным жемчугом [61]. Сзади, у основания косы, прикреплялся большой бант и множество лент, ниспадавших до пояса. Дополнением к праздничному костюму служили разнообразные украшения: серьги, броши, браслеты, жемчужные и стеклярусные нити. Количество жемчужных нитей доходило до пятидесяти [62]. Броши и серьги тоже чаще всего декорировались жемчугом. Интересно отметить, что золотые и серебряные серьги со вставкой из жемчуга местного происхождения в конце XIX – начале XX века продолжали изготовливать мастера из олонецкой деревни Онкулицы Неккульской волости, хотя расцвет этого ювелирного промысла остался далеко позади и был связан с началом XIX столетия [63].

Еще одной разновидностью праздничного костюма молодой олончанки был комплекс, состоящий из рубахи, юбки и жилетки. На фотографии, зафиксировавшей бытование такого костюма, девушки одеты в сборчатые шелковые юбки, светлые рубахи и черные приталенные короткие жилетки с воротом «каре» и широкими лямками. Грудина и наружные края лямок отделаны рюшами из черного кружева [64].

С юбочным комплексом связан еще один вариант праздничного костюма южной Карелии – «парочка», т. е. юбка и казачок (люд., лив. puaru), возникший под влиянием городской моды и получивший повсеместное распространение по всей России [65].

О параллельном существовании в южной Карелии в конце XIX века всех упомянутых разновидностей праздничного девичьего костюма свидетельствует фотография «Гулянье в д. Рыпушкалицы Олонецкого уезда на Иванов день» (рис.) [66]. На одной из фотографий запечатлены девять девушек, гуляющих вдоль улицы деревни Рыпушкалицы. Четверо из них одеты в сарафаны, остальные в платья-парочки с казачками или жилетками [67]. На голове у восьмерых девушек сетки-поднизи: у четверых сетки сочетаются с повязками, у остальных – с коронами.

Сравнивая традиционный праздничный костюм кондопожской карелки с олонецким, следует отметить, что кондопожский костюм более тесно связан с русским заонежским, тогда как в олонецких нарядах сильнее ощущается влияние прибалтийско-финской традиции и городской моды (стилизованный сарафан) [68]. Наблюдается различие и в форме олонецкой и кондопожской поднизи. Последняя имеет три одинаковых по высоте волана-«борка» и по форме идентична заонежской, в олонецкой же центральный «борок» поднят значительно выше боковых. Это придает поднизи своеобразный запоминающийся облик.

Обобщая анализ фотоматериалов Круковского по одежде южных карел, следует отметить широкое бытование у них одежды, сшитой из серого и белого льняного холста, пестряди, сукна, вязаных шерстяных изделий, что объясняется высоким уровнем развития в этом регионе льноводства и овцеводства. Необходимо подчеркнуть тесную связь повседневной и праздничной мужской и женской одежды южной Карелии с русским заонежским традиционным костюмом. Она сказалась в бытовании у карел кафтана из серого домашнего сукна, широко распространенного по всему Русскому Северу, рубахи-косоворотки, мужской валяной шляпы в форме усеченного конуса, таких элементов праздничного девичьего костюма как жемчужная сетка-поднизь, штофный сарафан, атласные ленты, предназначенные для подвязки рукавов. Тесная связь южнокарельского костюма с заонежским объясняется географическим соседством южной Карелии с Заонежьем, несомненно усилившим процессы взаимопроникновения двух культур.

Существует также целый ряд национальных особенностей, роднящих одежду южных карел с одеждой других прибалтийско-финских народов: юбочный комплекс, бытование праздничной женской жилетки, мужских шарфов и шейных платков, тяготение к клетчатой и полосатой расцветке тканей. Интересными деталями являются специфический край южнокарельского сарафана (с более низкой, чем в Заонежье, грудиной и более широко поставленными лямками) и своеобразная форма олонецкой поднизи (с высоко поднятым средним борком).

Особое внимание привлекает форма кондопожского праздничного (возможно, свадебного) головного убора, встречавшегося и у славянских, и у прибалтийско-финских народов, но не зафиксированная более никем из исследователей на территории Олонецкой губернии. Это шитая золотом повязка с прикрепленным к ней венком из искусственных цветов и широкой лентой, спускающейся почти до пояса. Убор зафиксирован на фотографии девушки из д. Суна.

Таковы самые общие наблюдения по поводу традиционного костюма южных карел, сделанные на основе фотографий, входящих в состав «Этнографической экскурсии» М. Круковского 1899 года.


[1] Этнографическая экскурсия М.А.Круковского. Виды и типы Олонецкой губернии.// Российская Национальная библиотека. Отдел эстампов. Шифр Э АЛ ЭТН 63 / 3-К222/1; Э АЛ ЭТН 63 / 3-К222/2; Э АЛ ЭТН 63 / 3-К222/3. В музее-заповеднике «Кижи» хранится часть коллекции Круковского: НВФ – 13581 Дубль-негативы: 2-6, 13-44; НВФ – 13623/29-33.

[2] Круковский М.А. Олонецкий край. СПб., 1904.

[3] Общее число фотографий в коллекции 310 (из них 116 относится к первой части экскурсии, 194 – ко второй).

[4] 3/12, 13, 14, 17, 28, 29, 30, 32, 33, 34, 36, 39. (Далее для удобства пользования разделы экскурсии будут обозначаться арабскими цифрами 1, 2, 3. В числителе – раздел экскурсии, в знаменателе - № фотографии.)

[5] 1/37; 2/35, 37; 105; 3/1б, 2, 3, 4, 5, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 85, 87.

[6] 1/22; 3/2; 2/1; 2; 3; 4; 5; 7; 8; 9; 10; 23; 24; 3/21, 22, 23, 24, 25, 28, 29, 30, 31, 32, 33, 34, 35, 36, 37, 38, 39, 41, 42, 43, 44.

[7] Здесь и далее карельские названия приводятся по книге: Тароева Р.Ф. Материальная культура карел. М.-Л., 1965.

[8] 1/32.

[9] 1/22, 32; 2/1, 5.

[10] 3/4, 5, 21, 22, 23, 24, 25.

[11] 3/1.

[12] 3/2.

[13] Фотографии крестьян из д. Вороново (3/2), Сопоха (3/1), Косалма (3/4, 5).

[14] Тароева Р.Ф. Материальная культура карел. М.-Л., 1965. С.149.

[15] Фотографии рыбаков из д. Суна (3/85), ловли рыбы ловушками на Киваче (1/14).

[16] Фотографии сапожника из д. Кяппесельги (2/37) и мастера по выделке мраморных изделий из д. Тивдия (2/34, 35).

[17] Ловля рыбы на Киваче (1/14).

[18] 3/2.

[19] 3/22.

[20] 2/24; 3/16.

[21] 1/22; 2/1.

[22] Тароева Р.Ф. Указ. соч. С.161.

[23] 2/1, 2, 3, 7, 8; 3/18, 19.

[24] 2/1, 3, 7, 8, 24.

[25] 1/61.

[26] 2/9.

[27] 2/9. Пестрядь – домотканый холст клетчатой или полосатой расцветки.

[28] 1/23.

[29] 2/24.

[30] 1/5.

[31] 1/5.

[32] Фотография девушки из д. Усть-Суна (3/15).

[33] 3/17.

[34] 3/19.

[35] 3/18.

[36] 2/2.

[37] 1/16.

[38] 2/7.

[39] 2/9.

[40] 2/23.

[41] 2/8.

[42] 2/3.

[43] 3/30.

[44] 3/31.

[45] 3/16.

[46] 3/16; 2/5; 24.

[47] 3/44, 36.

[48] 3/37.

[49] 2/1.

[50] 3/44.

[51] 3/44.

[52] 3/16.

[53] 3/12, 13, 14.

[54] Штоф – тяжелый шелковый материал, затканный цветами.

[55] Русский народный костюм в собрании ГМЭ народов СССР. Авторы текста и составители Л.Молотова и Н.Соснина. Л., 1984. С.27, 159.

[56] Маслова Г.С. Народная одежда в восточнославянских традициях, обычаях и обрядах XIX-начала XXв. М., 1984. С. 51.

[57] Маслова Г.С. Указ. соч. С. 164.

[58] Историко-этнографический атлас Прибалтики. Рига, 1986. С.76.

[59] Manninen Y. Forbewegung und Transportmitbel. Die Kleidung. Helsinki. 1958. S. 67-68.

[60] 2/105.

[61] 3/28.

[62] 3/33.

[63] Кустарные промыслы и ремесленные заработки крестьян Олонецкой губернии. Петрозаводск, 1905. С.155.

[64] 3/34.

[65] 3/32.

[66] 3/36б, 39а, б.

[67] 3/36б.

[68] 3/28.